Суббота, 17.11.2018, 07:16
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | Вход
» Меню сайта

» Мини-чат

» Статистика

Всего фанфиков: 135

НАЗВАНИЕ: Мне никогда не было страшно...
АВТОР: Tornado Snakepaw
БЕТА: см. выше
ГАММА: см.выше
РАЗМЕР: мини
ЖАНРЫ: агнест
ТИП: Гет.
ПЕРСОНАЖИ/ПАРЫ: Грач/Ласточка
РЕЙТИНГ: PG-13
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: детализированное описание гибели персонажа, обилие крови и депрессивных мыслей. Последние преобладают.
ДИСКЛЕЙМЕР: Все принадлежит Эрин Хантер.
СОДЕРЖАНИЕ: Эпилог незаконной любви, которая закончилась смертью одного тела и обеих душ...
СТАТУС: закончен.
ОТ АВТОРА: Тема затасканная, поэтому тапками не бить, если покажется, что это исключительное БББ.

Миллионы звезд. Тишина. Шелест и шепот вечно живой Вселенной, описывающей круги по спирали веков. Ты. И твои мысли. Воспоминания.
"Холод...бессмысленный, тяжкий, давящий.
Холод...и потом приходит боль. Не та яркая, какую часто описывают разрядом, пронзающим все тело, и заставляющим корчиться в муках, а боль-успокоение, подтверждающая, что я еще жива. Еще могу дышать, хоть и с хрипом, хоть и напрягая легкие в страданиях пытаясь вдохнуть хоть каплю кислорода.
Обжигающий лед словно касается моей левой лапы и бока. Больно. Невыносимо больно...и страшно. Хочется крикнуть, оповестить окружающих, как я страдаю и мучаюсь, перед грядущим концом, чтобы хотя бы помнили...чтобы видели и чувствовали с мной. Но легкие пусты. Я судорожно пытаюсь схватить ртом воздух - бесполезно. Постепенно сердце замедляет свой бег, и я буквально ощущаю, как сворачивается и тает живительный огонь крови в моих жилах. Я боюсь оставлять этот мир - не только из-за боли, но и из-за него...единственного. Мои невидящие глаза устремлены в пространство, а зрачки лихорадочно шарят по незнакомым, перекошенным болью мордочкам, разыскивая того, кто мог бы облегчить мои страдания. Пустота...перед внутренним взором только сосущая неизвестность. Боль постепенно уходит; вены колют кристаллики смерзшейся крови. Оказывается, я все-таки умудрилась набрать в легкие немного воздуха, потому что холод заставляет меня выдохнуть. Звук получается свистящим, резким, похожим на удар плетьми. От глаз нет пользы, зрение покинуло мое тело...я опускаю веки, и они с готовностью прикрывают пустые, бессмысленные очи. Запоздало приходит понимание, что возможно, нужно было держаться до последнего, но когда внутри дробятся и ломаются последние кости, а все тело все еще чувствует жесткий удар, предшествующий той странной апатии что навалилась на меня, заставляет ощущать себя неживой, холодной и не стоящей сострадания и добра. До затуманенного болью мозга доходит - холод, от которого немеют лапы, и тяжелеет сердце в гулкой, пустой грудине: холод смерти. Веки наливаются тяжестью, мышцы и сухожилия, раньше охотно и споро повиновавшиеся мне, каменеют в неподвижности. Еще один выдох, но уже тихий, сдавшийся. Больше нет сил бороться. Голова опускается на лапы и неестественно выгибается. Нет сил и хочется плакать. Но не исторгать симулянтские громоподобные рыдания на публику, а просто почувствовать, как влажнеет шерсть под легким, невесомым касанием слезы, и проследить ее путь до собственных окровавленных лап. Но сил нет, они вытекают из меня вместе с кровью. Обоняние внезапно улавливает в толпе смешанных, горьковатых ароматов запах того, с кем я хотела увидеться больше всего на свете, перед неумолимым финалом жизненного пути. С трудом, вслушиваясь, ты различаешь приглушенные стоны и горестный шепот любимого. Все шесть чувств устремляются к небу из измученного тела, которое стало пока просто обиталищем могучего духа. Но только седьмое, главное тогда еще тлело во мне, удерживая на этой бренной земле. Любовь. С выдохом, стоившим мне напряжения одеревеневших мышц, я шепчу, уже не чувствуя своих холодных, неподвижных лап:
- Грачик...
Снова едва различимые, сдавленные рыдания черного котика, за которого я отдала жизнь. Хочется облизнуть пересохшие губы, но язык высох, как последний осенний листочек. Отчаянно цепляясь за жизнь, я чисто интуитивно, словно бы вслушиваясь в сбивчивые, невнятные объяснения Грачика, мурлычу, исторгая из почти потухшего тела едва слышное урчание:
- Я не могу...береги себя, Грачик...
И собрав в лапу оставшиеся у меня силы, я пытаюсь заставить свое тело послушаться окутанный мглой мозг в последний раз. Приподняв голову, я мягко провожу языком по мордочке Грачика, ощущая слабое, едва осязаемое наслаждение от первого, и к сожалению, последнего прикосновения к нему. Усилие стоило мне жизни - словно тугая пружина рванула вперед, унося мою милосердную, смелую душу вверх, туда - где боль только метафора, оставляя мое окровавленное серебристое тело в нежных объятиях безутешного черного кота...я до сих по не могу забыть тот миг, когда я увидела неисповедимые для живых тропы Звездного племени..."

***

С полувздохом-полустоном, Грач проснулся и горящими, сухими глазами уставился во тьму лагерной поляны, где его окружало только сонное и мирное дыхание товарищей. Черно-серый кот встал, и бездумно зашагал куда-то вперед, с надеждой вглядываясь в горизонт, словно надеясь увидеть там свою любимую. Первый, неуверенный луч грядущего рассвета серой нитью посеребрил небосклон у восточной гряды холмов, куда направлялся воитель. Лапы то и дело попадали в выбоины и кроличьи норы, но Грач брел по пустошам, совершенно не стараясь обозначить точное направление. Он до сих пор чувствовал ту боль и безысходность, которую ощущала Ласточка, умирая. "А ведь она выглядела такой спокойной и торжественной, даже тогда, когда весь ее бок был выпачкан в собственной крови", - сжал зубы Грач и в ярости рванул лапой траву. Молодой стебель утесника рассек его лапу, и темная в предрассветных сумерках, кровь заструилась по черно-серой шерсти, сопровождаемая бесстрастным взглядом. Эта рана была пустяком по сравнению с той, которую невозможно было увидеть, которая успела покрыться коркой, зарубцеваться равнодушием к остальным, словно снова взорвалась свежей болью, из нее заструилось страдание пополам со жгучим отчаянием и ненавистью к самому себе. "Ты должен был ее спасти, должен был уберечь, должен был закрыть свой поганый рот и погибнуть в когтях Острозуба! Жалкое отродье, выродок!" снова и снова с яростью корил себя Грач, до крови закусывая губу, и ощущая горячую кровь на языке и губах "Ласточка...Ласточка...где ты теперь?" воитель с немой болью глядел в небо. Там холодно сияли звезды Серебряного Пояса, и Грачу отчаянно хотелось надеяться, что его возлюбленная сейчас там, глядит на него своими красивыми синими глазами, в которых его всегда поражала спокойная уверенность и серьезное смирение с тем, что преподносит ей новый мир. "Преподносил", - горько поправил себя кот, и тяжело сглотнул ком в горле. Внезапно его бока коснулся побег утесника, и кот раздраженно стряхнул его.
- Грач...Грач, обернись, - раздался нежный голос, и кот развернулся так резко, что едва не рухнул в утесник. И было от чего - прямо перед ним четко высвечивался силуэт Ласточки, и синие глаза, похожие на осколки звезд, сияли спокойным, мирным светом. Серебристая шерсть мягким ореолом окружалась воительницу звезд. "Как живая" - тоскливо подумал воитель, и сердце привычно сжалось в груди.
- Ты не снишься мне, Ласточка? - судорожный шепот застывал на губах налетом обыденности. Но кошка чудом сумела услышать, и только покачала головой:
- Ты и сам знаешь ответ...
Грач шагнул вперед, лелея слабую надежду зарыться в теплую, пахнущую луговыми травами шерстку погибшей любимой, но учуял только знакомый до боли запах золотарника, и сердце снова тоскливо заныло. Казалось бы, счастье увидеть воочию погибшую кошку, в которую был без памяти влюблен, но путь в легкие все равно перекрывал ком горькой на вкус фальши. "Слишком...наигранно. Словно меня вырезали из моей истории, и бросили в на страницы другой, вскоре позабыв о собственной забаве. Может быть, в моей настоящей истории, я был бы вместе с Ласточкой...а не вместе с ее призраком".
Ласточка очутилась рядом с ним, ее глаза были серьезны и печальны:
- Грач...посмотри на меня, не прячь глаза - ее звонкий, нежный голос оставался все таким же, каким он запомнил его при жизни, и кот поневоле поднял взгляд. Вид одухотворенного, спокойного выражения, застывшего на лице любимой, снова напомнил ему о маске, и воитель прикрыл веки, стараясь изгнать этот образ из своего сознания. Ласточка шепнула, словно прочитав его мысли:
- Я стала другой, Грач...но я все еще люблю тебя. Это ли не достижение?
Одними глазами, напоминающими окна пустого дома, кот спросил, и звездная кошка грустно промяукала:
- Я пришла, чтобы увидеть тебя. И сказать, что в моей жизни нет и не было никого, кто смог бы заставить меня забыть о тебе. Но ты не желаешь отпустить меня, дать мне спокойно бродить в небесах, глядя на тебя с высоты. Пожалей меня, Грач, дай мне уйти - хрупкая спина кошки сотрясалась от рыданий, а проникновенные глаза старались заглянуть в самое сердце, которое сейчас разрывалось на части - Я видела, что ты много раз звал смерть, забывая, что она стоит у каждого за спиной. Не приближай конец, как это сделала я, выбирай другую дорогу! - ее голос звучал громко и был полон боли - Ты...ты слышишь меня, Грач?
Грач внезапно понял, что еще один глоток воздуха - и его легкие просто разорвутся, не в силах вместить тот объем и выдохнув, хрипло сказал:
- Ласточка...я не смогу. Никогда. Это сильнее меня - перестать думать о тебе, перестать видеть тебя в каждом луче занимающегося дня, перестать искать твой запах в ветре с лугов, перестать видеть твое отражение в каждом ручье! Твой зыбкий образ - это то, что привязывает меня к этой жизни. Тебе это должно быть понятно, если ты на самом деле испытываешь то же самое.
Его голос прозвучал резко, и слова, словно нарочно, выражали совершенно не то, что он подразумевал. Ласточка вздрогнула как от удара и слегка сощурив все еще блестящие от влаги глаза, отвернулась, глядя на просторы пустошей. Растерянный и усталый, Грач покачал головой:
- Я все равно не смогу сказать этого. Слишком многое пришлось бы переписывать заново. Прости.
Ласточка обернулась к нему, ее голос был полон печали:
- Нет, ты прости меня. Я не подумала, что была настолько...важна для тебя.
Воцарилось молчание, до краев налитое свинцом. Потом тихий шепот звездной кошки разорвал ее:
- В этом не только твоя вина. Даже отправившись в небо, я продолжаю тянуть тебя за собой. Я не в состоянии отпустить тебя. Судорожно цепляясь друг за друга, мы ничего не решаем, а только...только болеем любовью...- ее голос звучал тихо и сдавленно - и я чувствую себя оторванной от обоих материальных миров. Я чужая там, как ты чужой здесь. Память - не всегда хорошая штука, Грач...
Грач плотно стиснул зубы, и закрыл глаза, не в силах видеть ее печальные глаза и слушать спокойный, размеренный шепот. Ему хотелось развернуться и умчаться в пустоши. Его встреча с погибшей любимой представала перед ним в новом свете, но коту отчаянно не хотелось разрушать возведенный им храм, в котором каждый день приносились жертвы, и не кому-нибудь, а именно той кошке, которая сейчас стояла перед ним, пристально вглядываясь в его глаза:
- Занимается рассвет. Мне пора уходить.
В этих пяти словах заключались все круги Ада. Но кот мужественно вздохнул, и подавив желание крикнуть: "Не уходи! Останься!", сипло ответил:
- Я все равно никогда не найду слов, чтобы описать, кто ты для меня. Все слова слишком затерты и обыденны. Ты меня понимаешь?
Вместо ответа, Ласточка коснулась лбом его лба, и даже не ощущая прикосновений друг друга, влюбленные жадно пили последний миг перед длительным расставанием. Она вбирала в память его мужественные черты, его шелковый мех, и острые грани ушей, очерченные серым карандашом рассветных лучей. Он воскрешал в себе ее нежные глаза, мех, изящный силуэт и мягкую, понимающую улыбку. Спустя несколько минут, Ласточка зажмурилась, и отступив на шаг, выдохнула:
- Я всегда...всегда хотела сказать тебе, Грач. Чтобы ты меньше корил себя, чтобы...ты мог спать спокойно.
Черно-серый кот вопросительно взглянул на нее, и звездная воительница, тая в золотистых лучах восходящего солнца, громко сказала:
- Когда я умирала, мне было больно, было очень-очень холодно...
- Ласточка, прошу тебя, - умоляюще воскликнул воитель, но едва слышный шепот коснулся его усов, когда ее силуэт окончательно растворился во влажной предрассветной дымке, укрывшей холмы:
- Со мной была твоя любовь. Вот как это называлось. То, о чем ты так пытался мне сказать.
- Ласточка...я...
- Я не боялась смерти. МНЕ НИКОГДА НЕ БЫЛО СТРАШНО...

» Баннеры

Заходи к нам!!!




Форум: Вместе навсегда!
Приключения воителей

» Поиск

» Календарь
«  Ноябрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

» Архив записей

» Наш опрос
Ваш любимый жанр?
1. Все нравятся.
2. Романтика
3. Драма
4. Агнест
5. Приключения
6. Юмор
7. Пародия
8. Фэнтази
9. AU
10. PWP
11. Не читаю.
12. Кроссовер
13. Виньетка
Всего ответов: 25


Ванильное Небо Дикого леса... Все права защищены (c) мисс Цапка, Мгла Черная Миля, Мелани 2018
Конструктор сайтов - uCoz